Русский я учил всего один год

 Нас теперь осталось очень мало, и нужно успеть рассказать, что мы помним. Конечно, не каждому в 83 года дано пользоваться компьютером. Мне было 78 лет, когда я познакомился с ним. Благодарю Господа, что еще дает мне память, чтобы писать о прошлом. Скоро придет тот час, когда старые люди уйдут в иной мир, и давать свидетельства очевидцев о тех событиях будет некому.
Вновь всплывает перед взором прошлое. Моя память, начиная с трех лет, хранит все так ясно, но до бумаги донести это, ох, как трудно! И тем не менее, трудармейские воспоминания я написал.

В жизни должна быть мечта

 - После учебы я оказался на стройке, четыре месяца работал электриком, но понял, что не для меня, - вспоминает Вальдемар Сальвассер. - Стал искать другое место... В ноябре я получил приглашение на беседу в Ordnungsamt. Отправился туда в обеденный перерыв. Я им откровенно рассказал все о себе. Мне сказали, что через два дня я узнаю об их решении. Но в тот же день после обеда позвонили и сообщили, что меня взяли. Там я и работаю.
 

Стр. 7  

Эта прекрасная половина 

Живем вместе уже 21 год и я люблю ее, честное слово, как в медовый месяц. Женщина - это самое прекрасное, что мог создать Бог!
Мою жену красавицей назвать нельзя... Но для меня она самая красивая! А сколько в ней обаяния! Я считаю, что мне с ней повезло, таких женщин сейчас мало. Даже сейчас, описывая ее, мысленно представляю ее рядом и холодок, знакомый всем влюбленным, медленно распространяется по животу.
Может быть все зависит от нас, мужчин? Думаю, что часто мы очень требовательны к женам, чересчур серьезны, играем роль не мужа, а скорее отца.
 

Стр.8 

Мне нужна только ты

 В трубке послышались рыдания. Братишка Софии пытался что-то объяснить, но у него не получалось.
- Я сейчас к вам приду, - Максим бросил трубку и, даже не надев куртки, выскочил из дому.
- Мама с папой в больнице... Машина сбила, Софию машина сбила... В больнице сказали... - мальчишка начал икать - сказали... - он опять зарыдал, - что она умрет, - и уткнулся в Максима.
Расспрашивать о чем-то не было смысла - пацан был на грани истерики. Максим гладил его худенькие плечи, гладил волосы и как заведенный - то ли ему, то ли себе, повторял: „Тсс, тихо, тсс“. Так они и стояли в коридоре, и только через некоторое время Максим заметил сидящую на кухне бабушку Софии. Она беззвучно плакала и, не вытирая слез, смотрела на Максима. Поймав его взгляд и не ожидая вопроса, коротко сказала:
- Ты поезжай к ней, к Софии. Там тебе все и расскажут. Поезжай, Максим, а я с мальчонкой посижу.
  

Стр. 9