Приезжать в Германию в гости
становится всё труднее

 

 Здравствуйте, уважаемые читатели газеты «Земляки»!

   Решил написать вам, предполагая, что это может вас заинтересовать, а некоторых и уберечь от ошибок. Я гражданин Казахстана, проживаю там же и ничего не собираюсь менять в жизни. Но переезд моих родителей в Германию «заставляет» меня отправляться в гости, и вот мы с супругой уже в четвёртый раз здесь. Но, увы, встречаться с родственниками нам становится всё труднее.

   В нашем областном центре, г. Петропавловске, есть общество «Возрождение». В первые наши поездки все документы оформлялись там, а теперь оно для нас превращается из общества «Возрождение» в общество «Вырождение». Для получения визы все жители Северного Казахстана обязаны ехать в город Алматы: отпрашиваться с работы на неделю для поездки в посольство, а получим мы визы или нет - это зависит от настроения работников посольства. Там мы заплатили 9800 тенге на человека, думали, что это - стоимость визы, но нам объяснили, что визы дают бесплатно, а уплаченные нами деньги, идут на охрану посольства. На вторые сутки нам поставили визу в паспорте, но радовались мы рано. Сначала нам протянули бумагу, в которой мы обязаны расписаться. Эту бумагу, как она называется там, «анкета», мы уже подписали в обществе «Возрождение» в Петропавловске, что мы обязуемся вовремя покинуть территорию Германии. Мы подписали её ещё раз, и только после этого нам дали ознакомиться  с ней. А там был пункт, что мы обязаны предоставить билеты на въезд и выезд из Германии в течение часа. Вы представляете состояние человека, который стоит посреди большого города и не знает, куда ехать и на чём ехать? Много вопросов проходит через голову, но все эти вопросы решает заведующая аптекой через дорогу от посольства. Она предлагает нам билеты в Германию... на автобус. Другого выхода у нас нет - мы согласны хоть «на быках», лишь бы только попасть к родителям.

   Выехали мы из города Петропавловска на три дня позже - из-за непогоды. Сомнений не было, ведь был февраль. Я думаю, что не трудно представить поездку по Уралу в феврале: мороз 30 градусов, автобус ломался дважды, к чему прибавил опоздание ещё на сутки. Мы доехали живы и здоровы и были очень рады.

   Отпуск сократился почти на неделю, но это ещё не всё.  За 4 дня до отъезда мы должны были позвонить на фирму, с которой нам ехать. А там следующий шок: изменилось расписание, продлевайте визу на неделю, а также анкеты, которые мы подписали дома. Мы попросили бумагу для посольства Казахстана о том, что мы продлеваем визу не по нашей вине, на что «просто Владимир», так представил себя товарищ на другом конце провода, сказал, что такой документ он нам дать не сможет.

   Вот вкратце и всё. Обидно, что люди, открывшие в Германии фирмы, пользуются своим положением и причиняют боль своим землякам. Кому же выгодна такая бюрократия, и кто за всем этим стоит? Не называю фирму, но думаю, что «просто Владимир» узнает себя, если прочтёт эту заметку.

   И почему мы должны мчаться в Алматы, когда такого рода вопросы можно решать на месте?

С уважением, семья Сабельфельд

Медовые рецепты

Супруги Абрам и Мария Дридигер живут в Halle (Nordrhein-Westfalen). Около дома, в котором они снимают квартиру, раскинулся большой сад, в глубине которого стоят семь ульев. Сад находится в пользовании супругов Дридигер, и улья принадлежат им. Каждая пчелиная семья в год приносит до 50 килограммов меда. Однако желающих купить сладкий продукт у Дридигеров столько, что можно было бы сбыть и значительно больше. Секрет успеха переселенцев-пенсионеров заключается не только в высоком качестве их меда, но и в том, что по желанию его можно получить у них, например, в смеси с прополисом, а это отличное средство против простуд и гриппа.

- На 25 литров меда готовлю пол-литра настоянного на спирту прополиса. Настой выливаю на тарелку, жду пока спирт испарится, и затем оставшуюся кашицу добавляю в мед. Жена потом размешивает состав, она это делает особенно тщательно, - рассказывает Абрам Дридигер.

Тому, кто его знает, впрочем, ясно, что популярность пчеловода среди местного населения наверняка и не в последнюю очередь связана также и с его приветливостью и общительностью. Он -мастер по части установления добросердечных контактов. Улыбчивым оптимистом мягкого склада он был смолоду, хотя жизнь не баловала его и обходилась с ним и с его семьей достаточно жестко.

Жила семья Дридигер в селе Петровка Оренбургской области, откуда позже переселилась в село Суворовку, где в 1941 году репрессировали отца. В 1953 году мать с детьми переехала в Казахстан, где после отсидки по печально известной статье 58 (контрреволюционные действия, измена Родине, шпионаж и т.д) на вечное поселение был определен отец. Но прожили они вместе всего два года, отец умер. Когда прошел еще год, мать и семеро ее детей решили переехать назад в Оренбуржье, теперь уже в село Хортица. Здесь Абрам был сначала занят на разных работах, затем два года чинил сбруи для лошадей и делал новые, 15 лет трудился в колхозной котельной, потом был завхозом.

В 1990 году семья переехала в Германию. Здесь Абрам и Мария сняли квартиру на бауерском дворе в Боргхольцхаузене. Хозяева искали трудолюбивых переселенцев, и Дридигеры им как раз подошли. Кстати, хозяйка двора, Ханна Берхайде - известная в NRW писательница. Мария Дридигер показывает ее книги и не без гордости говорит:

- Как только новая выходила в свет, она тут же дарила мне экземпляр.

На бауерском дворе супруги-переселенцы обзавелись своим хозяйством и с радостью занялись привычными хлопотами.

- Мы держали по 80 уток и столько же кур, телку и восемь свиней. Был свой сад-огород рядом с домом, - рассказывает Абрам Дридигер.

Но так как бауерский двор лежал на предполагаемой трассе будущего автобана, хозяевам пришлось продать его дорожному управлению и переехать. Другую квартиру подыскали себе и Дридигеры - они переселились в Халле, как и их хозяева, с которыми успели крепко подружиться.

Здесь сельскохозяйственные возможности были не столь велики, но Абрам и Мария получили в свое распоряжение большой сад и могли продолжать привычные для сельского жителя занятия на земле. Тут же они познакомились и с пожилым местным пчеловодом Эрнстом Шнайдером. Они подружились, и старожил охотно стал передавать любознательному и трудолюбивому переселенцу свои знания и опыт. От Шнайдера и получил Дридигер, у которого в России короткое время были пчелы, улья и старую медогонку. От него же узнал рецепт популярного меда с прополисом, научился у него уходу за пчелами в местных условиях и изготовлению ряда полезных для здоровья продуктов из меда и другого пчелиного сырья.

Мед здесь, в Германии, можно собирать почти круглый год, всегда что-то цветет. Весной - фруктовые деревья и одуванчики, потом рапс, затем липа, потом почки лесных деревьев. Потому и у каждого сбора сладкого продукта особый вкус. Улья Абрам круглый год оставляет в саду, только два раза в год обрабатывает пчелиные жилища против варатоза.

В минуты отдыха он любит наблюдать за неустанными хлопотами пчелиных семейств, его восхищают и очаровывают трудолюбивые труженицы, приносящие ему вкусный и целительный мед.

Пчеловодством в Германии он начал заниматься не сразу. Хотя Абрам Дридигер приехал сюда уже немолодым, он, тем не менее, нашел работу на известной карамельно-шоколадной фабрике Storck в Халле, где три года подстригал деревья на большой территории предприятия, стриг газоны, заботился о зеленых насаждениях. Потом еще год ухаживал за спортивными лошадьми на одной фирме в городе Steinhagen.

Он, наверное, так трудился бы и дальше, но болезнь помешала. После онкологической операции долго не мог оправиться, пока врачи не установили, что во время хирургического вмешательства в его теле был забыт металлический зажим. Когда его удалили, Абрам быстро пошел на поправку.

Теперь 71-летний Дридигер поддерживает здоровье не только медом, но и лечебными травами, которые выращивает в саду. Здесь растут мелисса, тимьян, валериана, шалфей, полынь, зверобой, мята. Их Абрам засушивает, и супруги пьют чаи, настоянные на этих травах. Мария после удаления желчных камней также особое внимание обращает на профилактику. Эффективные средства для этого - мед с прополисом и смесь из цветочной пыльцы, облепихового масла, меда и прополиса, а также другие продукты пчеловодства.

Полезные свойства и отменный вкус сладкого продукта пришлись по душе многим горожанам.

- Тот, кто один раз попробовал наш мед, обычно приходит за ним снова, - говорит Абрам Дридигер.

Биологически чистые продукты супруги имеют из собственного сада - яблоки, пять сортов винограда, калину, два сорта мирабеллы, землянику, три сорта малины, чернику, крыжовник. Разные сорта фруктов и ягод поспевают в разное время, так что свежий урожай можно снимать все лето. Здесь же растут и картофель, тыквы, кольраби, свекла - сахарная и красная, много лука.

Движение на свежем воздухе не просто оздоровляет. По словам Абрама Дридигера, работа в саду доставляет ему большое удовольствие. Вместе с женой они ездят на велосипедах, автомобиля у них нет. Без дела они не сидят. Привычное занятие для Марии - вязание. Абрам, хотя сам уже немолод, вот уже многие годы помогает старым и немощным людям в округе - ухаживает за их дворами и садами. Дридигеры ходят в евангелическую церковь, и это делает круг их друзей еще шире.

- Хорошо мы прижились здесь! Если ты к людям по-доброму относишься, то и они платят тем же, - убежден Абрам Дридигер.

Их навещает Юрген Волфф, бывший бургомистр города Халле, который и раньше, несмотря на хлопотную должность, находил для них время. В числе их местных хороших знакомых - адвокат, судья, журналист. Они все те же старые друзья с Ханной и Бернгардом Берхайде, при встречах с которыми они, конечно же, вспоминают совместную жизнь на бауэрском дворе. И со многими другими - соседями и земляками - они поддерживают контакты. Визиты детей и внуков, родственников и бывших односельчан вносят в жизнь радостное многообразие.

Georg Löwen

На пути к осуществлению мечты

Выбор между архитектурой и педагогикой

 

Лилия Герцог, студентка Падерборнского университета, хочет стать учительницей математики и немецкого языка. Она уже закончила три семестра и перед началом четвертого у нее запланирована первая ее студенческая практика - в столице Латвии. Рижским школьникам она в сентябре будет преподавать немецкий язык.

Родилась Лилия в Киргизии, но семья уехала оттуда, когда она была еще маленькой, в Санкт-Петербург. А к моменту переезда в Германию ей было уже 13 лет, и начинать путь к студенческой скамье ей пришлось в Hauptschule, куда ее определили из-за незнания немецкого - в санкт-петербургской школе она учила английский.

Но новый язык она освоила быстро. Сделала Realschulabschluss и поступила в гимназию. После успешного ее окончания дорога к высшему образованию была открыта. Но какую специальность выбрать? Ответ на этот вопрос у Лилии был связан с серьезными колебаниями. Две специальности привлекали ее - учителя и архитектора.

Мама ее, тоже Лилия, преподавала в России химию и биологию. И она смогла стать учительницей здесь. Именно „смогла стать“, потому что педагогу с опытом работы в России здесь нужно „изобрести“ себя вновь: тут совсем другой характер взаимоотношений учителей с учениками. Иные представления о дисциплине, авторитете и послушании. Впрочем, сами эти слова, которые российскому учителю кажутся важными для функционирования учебного процесса, здесь воспринимаются с настороженностью. Педагогический труд требует больших нервных затрат в любой школьной системе. A в здешней - особенно больших. Мама рассказывала Лилии об этом, стремясь уберечь дочь от знакомых ей самой трудностей.

Лилия Герцог сделала свой выбор. И... ошиблась. Архитектура оказалась совсем не тем, что будило ее мечты и заставляло замирать сердце. Проучившись некоторое время, она окончательно поняла, что ее призвание - школа. Маму она убедила таким доводом: „Если ты увидишь, что я буду счастлива, то и ты будешь счастлива“. И та поняла, что это серьезно. Лилия изучает математику, немецкий и педагогику. Признается, что учеба ей, приехавшей в Германию подростком, дается труднее, чем ее местным сокурсникам. Однако у нее есть цель, ей хватает настойчивости, и она уверена, что впереди ее ждет интересная работа. Ей и сейчас интересно.

- Очень люблю математику, - говорит Лилия Герцог. - Когда сажусь и начинаю решать - забываю о времени.

Когда ей нужна помощь, она обращается к сокурсникам - так же, как они обращаются к ней, и она охотно помогает. Без студенческой солидарности, говорит она, штудировать очень трудно.

- Социальные контакты важны, быть одиночкой - плохо, - уверена она.

Умение использовать принцип взаимопомощи Лилия в будущем намерена прививать детям. А недавно она была на празднике первоклассников - ее шестилетний племянник Деннис пошел в школу. И соприкоснувшись со знакомой радостно-возбужденной суетой школьной жизни, она вновь испытала чувство уверенности в том, что будущую свою профессию она выбрала по душе.

В свободное время Лилия много читает, не только немецкую и русскую классику, но и современных авторов. Играет на аккордеоне и пианино. Охотно путешествует. Особые впечатления оставила поездка с подругой в Швецию. Такое путешествие оказалось возможным благодаря дешевым билетам на самолет и тому, что знакомый студент, который учится в Германии, предоставил в их распоряжение свое шведское жилье. Студенческая взаимовыручка и тут помогла.

 

Три года деятельного ожидания

 

Ольга Клевно тоже живет в Детмольде и тоже учится в Падерборне, только в Католическом институте (Katholische Fachhochschule), по специальности „социальная работа“, которая, в связи с переходом на новую систему обучения по стандартам диплома бакалавра (Bachelor), вобрала в себе квалификации социального работника и социального педагога. Позади у Ольги два семестра.

Родом она из Павлодара, в Германию ее семья переехала в 1990 году, когда ей было шесть лет. Здесь закончила школу, сделала Fachabitur. Во время учебы год была практиканткой в детском садике.

Поступить в институт Ольге удалось не сразу: отправила документы и три года ждала приема. Время это она использовала для накопления жизненного опыта. Сначала проработала „добровольный социальный год“ в учреждении для слепых в Детмольде. Люди, за которыми она ухаживала, были не только незрячими, но и инвалидами - физическими и психическими. Их нужно было кормить, мыть, помогать одеваться, и общаться с ними. Для многих из них ухаживающий за ними персонал - это их семья. Ольга трудилась по обычному в таких учреждениях графику - два выходных дня после 12-ти рабочих дней.

Потом там же получила место ночной нянечки - „на базисе“. А на третий год уже получила место с неполной ставкой. Опыта она набралась, конечно, очень ценного.

Но время было сопряжено и с долгим, и потому порой удручающим, ожиданием студенческого места. Ольга звонила, спрашивала, получала уклончивые ответы и продолжала ждать. Пока однажды на ее звонок ей не ответили: что, дескать, вы хотите, у вас же очень низкий средний бал аттестата. Ольга была ошарашена. Отличницей она не была, но и о низком бале речи быть не могло. Она стала выяснять ситуацию, и оказалось, что ее так долго не принимали в институт, потому что по ошибке вписали в ее дело заниженный средний балл.

Когда это выяснилось, ждать пришлось недолго - через неделю Ольга Клевно получила уведомление, что она принята в институт. Теперь она изучает социологию, психологию, педагогику, этику и другие интересные науки. У нее появились студенческие друзья и подруги. Одна из них - Влада - землячка, бывшая учительница. С ней Ольга часто и охотно общается, черпая из богатого кладезя ее опыта.

Вот уже три года Ольга Клевно занята общественной работой - проводила, например, молодежный семинар в Оерлингхаузене, в Лемго организовывала встречи молодежи под лозунгом „Вмешивайся в дела твоего города!“, сейчас участвует в проекте, цель которого - преодоление предубеждений по отношению к переселенцам и улучшение имиджа „аусзидлеровского“ района Хакедал-Герберхаузен в Детмольде. И в созданном недавно местной окружной организации CDU рабочем кружке Addar (Arbeitskreis der Deutschen aus Russland) она активна в молодежно-детской группе. Так как Ольга приехала в Германию совсем маленькой, языком, на котором ей легче было общаться, постепенно стал немецкий. Дома родители говорили с ней на русском, она отвечала на немецком. Однако, повзрослев, она поняла, что отказывается от богатства, которое лежит, так сказать, в ее руках. Каждый язык - сокровище. И она восстановила свою способность свободно говорить по-русски. Ведь для будущего социального работника языковая квалификация не менее важна, чем, скажем, психология или педагогика.

Georg Löwen