- Такого веселья, как на вашей свадьбе, нам давно не приходилось видеть, - часто признаются местные жители, побывав однажды на празднике бракосочетания переселенцев.

Что правда, то правда: наши веселиться умеют! А на свадьбе и подавно. И что на ней особенное - это переплетение старинных немецкий обычаев с современными, а также русские свадебные ритуалы, интерпритированные в соответствии с тем, кто и на ком женится.

Придите на любую свадьбу - она хоть и похожа на другие, но в то же время совсем не такая, во многом своеобразная и неповторимая.

Раньше, в России, венчаться в церкви молодожёны не могли, зато в Германии эта торжественная церемония стала почти обязательной. И девчушки в белых платьицах, усыпающие цветами дорогу молодожёнам, и автомобильные гудки, извещающие население о том, что „две судьбы соединились" в брачном союзе, и многие другие свадебные ритуалы прочно входят в новые традиции самого главного праздника влюблённых.

Частые его участнтки - белые голуби, символизирующие мир в семье и благословение Господне. Елена ... и Вилли... из города Байрот выпустили этих птиц, как только вышли из церкви, и фотограф едва успел заснять их, улетевших прямо в небо с благой вестью о свадьбе любящих сердец.

Познакомились Лена и Вилли совершенно случайно: позапрошлой весной девушка пришла со своими подругами в кафе, чтобы поговорить за чашкой кофе о своих, девичьих делах. Почти в тот же час и в тот же день случайно заглянул в то же самое Вилли со своими друзьями. И совершенно случайно взгляды их встретились...

- Это была любовь с первого взгляда, - уверяют молодожёны, - всего нас было человек десять, но именно нас сразили стрелы Амура.

Похоже, в любви и в самом деле всё происходит случайно. Но почему-то в самое подходящее время...

Лена уже успела выучиться на цветовода, Вилли как раз к тому времени закончил профессиональную школу автомехаников - самое время было подумать об устройстве личной жизни!

- Хочу, чтобы у нас было две дочери, - мечтательно произносит Лена.

- Или два сына, - осторожно вставляет Вилли.

- Хорошо, тогда сын и дочь, - светится счастьем девушка, - но только первой пусть родится девочка!

Вилли не спорит: первой, так первой! Находить компромиссные решения молодые научились до свадьбы - полтора года, как они снимают общее жильё и живут вместе. Так что испытание временем и буднями уже прошли. И это тоже новое в наших традициях: проверять свои чувства в каждодневной жизни, когда избранника видишь не только вечерами в лучших нарядах и в лучшем распоряжении духа, но целый день, в любой ситуации...

...Гремела свадьба, летела вдаль песнями и плясками. Всем было весело - от мала до велика. Танцы чередовались весёлыми играми.

Хороша свадьба! Красавица-невеста озаряет гостей улыбкой, жених уж совсем вошёл в роль главы семьи, опекает свою избранницу, словно голубь голубку.

Мир да совет тебе, рождённая на новой родине семья Беннер! Пусть судьба уберёжёт тебя от участи твоих прадедов, скитавшихся по миру...

И совершенно случайно в это же время в „Земляки" пришло письмо от давно уже повзрослевших детей Альберта и Алисы Бухгольц, которые недавно отметили золотую свадьбу. Они поженились, когда ещё и родителей Вилли с Леной на свете не было! В трудности жили, в нужде, но пятерых детей на ноги поставили - два мальчика и три девочки. „Теперь нас в семье уже 27 человек, - пишут дети - уже сами бабушки и дедушки. - Все мы очень благодарны Господу за то, что наши родители ещё живы-здоровы и находятся рядом с нами. Спасибо им за то, что всю жизнь они согревали нас любовью и окружали заботой. В нашем доме всегда было тепло и пахло свежим хлебом..."

Хорошо поётся в русской песне, которая часто исполняется на наших свадьбах: „Две дороги навсегда в одну слились, чтобы вечно продолжалась наша жизнь"...

Любви я так и не познала

Раньше все ходили к ворожейкам, теперь всё больше - к психологу. Нина постеснялась пойти к нему, но была потребность вылить всё, что накопилось в душе, и она написала письмо в „Подружку"...

Не знаю, станешь ли ты, „Подружка", читать это письмо, написанное „падшей" женщиной. Ведь ты рассказываешь о судьбах только порядочных людей. А я по-профессии - проститутка, хоть сама себя ею не считаю. Однако жизнь так сложилась, и где-то моё положение даже нравится мне. Почему? - спрашиваю я себя и легко нахожу ответ. Потому что „мои клиенты" меня любят, называют звездой и принцессой, балуют подарками, чего раньше в моей жизни не бывало. Среди людей, в нормальном обществе, я всегда была никем и ничем. Знаю, так чувствуют себя многие мои землячки, но, разуверившись в людях и разочаровавшись в любви, они молча влачат своё существование, считая себя вполне нормальными. А я спрашиваю: нормально ли жить, предав свои мечты, махнув на себя рукой? Считаю, что это не более порядочно, чем продавать себя, как это делаю я.

Многие меня осуждают, наверное, потому что узнают во мне себя: они тоже охотно бы бросили вызов обществу, но им не хватает характера. А мне? Хватает ли мне его для большого дела? Признаюсь тоже нет, и моя работа - это только протест против того, что предлагает мне жизнь.

А что она мне предлагает? Во-первых, детство без родительской любви. Они у меня были - папа и мама - которые с утра до вечера пропадали на работе и замечали меня только тогда, когда я им мешала: „Ты уроки сделала? А гусей в сарае закрыла? Тогда иди спать и не мешай!»

Нас было пять ртов в семье. Да, именно ртов, а не детей. И эти рты надо было прокормить, чем и занимались родители, не находя времени для нормальных бесед с нами. Воспитание сводилось лишь к запретам: „Я сказала, в кино ты не пойдёшь! Сиди дома!" „Нет! С ним дружить ты не будешь, потому что мы этого не хотим!" А что хотела я - это никого не интересовало.

Когда я после школы собралась в институт, отец не на шутку рассердился: «Лезешь, куда голова не лезет! Выучись на швею и иди работать!»

На швею я выучилась. Потом на мастера-модельера, для чего закончила институт заочно. К тому времени я давно была замужем за совхозным заготовителем-алкоголиком и воспитывала двоих детей. Свадьбу сыграли потому, что я от него забеременела, как случалось часто в нашем, бедном на женихов, посёлке. Когда появился первый ребёнок, родители затвердили в одну душу: «Какой тебе институт? Теперь твой институт - пелёнки!" Но я очень любила учиться, и поэтому продолжила образование даже против воли мужа. Он пил. Иногда гонял нас по двору, грозя всех прибить. И это тоже было привычным, так как повторялось во многих семьях. Я молча выполняла роль женщины, перенятую от матери: варила, стирала, ходила на работу, покрикивала на своих детей, когда они путались под ногами. Мне и в голову не приходила мысль, что их надо воспитывать, дарить им любовь - не получив этого, я не могла передать его дальше.

В Германию уехала одна: муж ушёл к другой. Собственно - это биография многих переселенок с той лишь разницей, что большинство - не разошлись, надеясь, что Германия исправит их мужей. Исправила ли?

Здесь я долго не могла найти работу. Чуть с ума не сошла от сознания своей ненужности! Носилась со своим дипломом и горячим желанием вытряхнуть всех из серых курток и одеть в яркие одежды, но никому не было дела до моих желаний. Как и до моей персоны в целом.

Через год плюнула на всё и устроилась уборщицей в товарном магазине (не зря же изучала в институте торговое дело!), но от этого счастливее не стала. Стыдно было перед людьми за свою работу, да и денег не хватало. «Добрые» люди подсказали, что с моей внешностью можно делать большие деньги. И помогли устроиться в соседнем городе в пуф. С утра я, как все, еду в отель на работу, а вечером, как нормальные люди, возвращаюсь домой. Дети думают, что я работаю официанткой, просятся прийти ко мне на ужин. Я категорически запрещаю и живу в страхе, что однажды моя ложь выплывет наружу. Или что очередным „клиентом" окажется кто-то из знакомых: нет-нет да заглядывают в это заведение наши мужчины.

Чем ты можешь мне помочь, „Подружка"? Не только мне, но и моим детям, которые растут такими же неуверенными в себе, как я, как мои родители и все, кого могу я вспомнить в своём роду до третьего колена? Почему мы такие пугливые, покорные своей судьбе? Почему не умеем любить себя?

Я задаю тебе эти вопросы, потому что уверена, что именно оттуда наши проблемы - от того, что мы не научены ценить себя. Разве для такой судьбы я жила? Разве для пуфа училась?